Вот прочитала как-то истории интересные и сохранила. Может кто-то слышал такое? Мне интересно как это возможно объяснить?
Вот первая история:
Писатель Евгений Петров имел странное и редкое хобби: всю жизнь коллекционировал
конверты... от своих же писем! Делал он это так - отправлял письмо в
какую-нибудь страну. Все, кроме названия государства, он выдумывал - город,
улицу, номер дома, имя адресата, поэтому через месяц-полтора конверт возвращался
к Петрову, но уже украшенный разноцветными иностранными штемпелями, главным из
которых был: "Адресат неверен". Но в апреле 1939-го писатель решил потревожить
почтовое ведомство Новой Зеландии. Он придумал город под названием
"Хайдбердвилл", улицу "Райтбич", дом "7" и адресата "Мерилла Оджина Уэйзли". В
самом письме Петров написал по-английски: "Дорогой Мерилл! Прими искренние
соболезнования в связи с кончиной дяди Пита. Крепись, старина. Прости, что долго
не писал. Надеюсь, что с Ингрид все в порядке. Целуй дочку от меня. Она,
наверное, уже совсем большая. Твой Евгений". Прошло более двух месяцев, но
письмо с соответствующей пометкой не возвращалось. Решив, что оно затерялось,
Евгений Петров начал забывать о нем. Но вот наступил август, и он дождался...
ответного письма. Поначалу Петров решил, что кто-то над ним подшутил в его же
духе. Но когда он прочитал обратный адрес, ему стало не до шуток. На конверте
было написано: "Новая Зеландия, Хайдбердвилл, Райтбич, 7, Мерилл Оджин Уэйзли".
И все это подтверждалось синим штемпелем "Новая Зеландия, почта Хайдбердвилл".
Текст письма гласил: "Дорогой Евгений! Спасибо за соболезнования. Нелепая смерть
дяди Пита выбила нас из колеи на полгода. Надеюсь, ты простишь за задержку
письма. Мы с Ингрид часто вспоминаем те два дня, что ты был с нами. Глория
совсем большая и осенью пойдет во 2-й класс. Она до сих пор хранит мишку,
которого ты ей привез из России". Петров никогда не ездил в Новую Зеландию, и
поэтому он был тем более поражен, увидев на фотографии крепкого сложения
мужчину, который обнимал... его самого, Петрова! На обратной стороне снимка было
написано: "9 октября 1938 года". Тут писателю чуть плохо не сделалось - ведь
именно в тот день он попал в больницу в бессознательном состоянии с тяжелейшим
воспалением легких. Тогда в течение нескольких дней врачи боролись за его жизнь,
не скрывая от родных, что шансов выжить у него почти нет. Чтобы разобраться с
этими то ли недоразумением, то ли мистикой, Петров написал еще одно письмо в
Новую Зеландию, но ответа уже не дождался: началась вторая мировая война. Е.
Петров с первых дней войны стал военным корреспондентом "Правды" и "Информбюро".
Коллеги его не узнавали - он стал замкнутым, задумчивым, а шутить вообще
перестал.
В 1942 году самолет, на котором он летел в район боевых действий, пропал, скорее
всего, был сбит над вражеской территорией. А в день получения известия об
исчезновении самолета на московский адрес Петрова поступило письмо от Мерилла
Уэйзли. Уэйзли восхищался мужеством советских людей и выражал беспокойство за
жизнь самого Евгения. В частности, он писал: "Я испугался, когда ты стал
купаться в озере. Вода была очень холодной. Но ты сказал, что тебе суждено
разбиться в самолете, а не утонуть. Прошу тебя, будь аккуратнее - летай по
возможности меньше".
